Мориц Беньовский. Удивительная история прототипа Барона Мюнхаузена. Часть 2

Втр, 11/10/2015 - 18:57

Автор: Зубов А.


Карта путешествий Беньовского

Жители Мадагаскара (иллюстрация из мемуаров Беньовского
на венгерском языке)

Мадагаскарские рабы, предназначенные для продажи (рисунок из первого издания мемуаров Бениовского)



7 июля «Св. Петр и Павел» подошел к побережью Японии. Япония в те годы, после недавнего восстания христиан и гражданской войны, была наглухо закрыта для посещений любых иностранцев, кроме подданных Голландии, через которых и проходила вся торговля и сношения с остальным миром. По утверждению американского исследователя Дональда Кина, изучившего японские документы тех лет, судно бунтовщиков подошло к юго-восточной части Японии, к провинции Ава на острове Сикоку. Вот как описал увиденную бухту Иван Рюмин: «Правый берег бухты состоит из гор, покрытых лесом, а в стороне от оного видно японское селение наподобие нашей российской деревни — строение каменное и деревянное. Все сии здания окружены невысокою каменной стеною». Здесь Беньовский представляется прибывшим на судно японским чиновникам военно-морским офицером Австрии и вместе с подарками вручает им письмо начальнику голландской фактории в Нагасаки. Переводчиком был штурманский ученик Дмитрий Бочаров, который после учебы в иркутской навигационной школе знал несколько слов по-японски. На берег японцы никому спускаться не разрешили, сами доставляли к борту галиота необходимые путешественникам продукты и пресную воду. Несколько раз Беньовский порывается сойти на сушу, подплывая к берегу на спущенной с корабля лодке, но японцы, угрожая оружием, не дают ему пристать. Простояв так несколько дней и, видимо, отчаявшись получить от хозяев разрешение сойти на берег, он дает команду сниматься с якоря. И тут происходит неожиданное: японцы, узнав об этом, вдруг начинают всеми силами препятствовать уходу корабля, прося Беньовского подождать еще один день. Тот им отказывает и, замечая решительный настрой хозяев, дает команду дать предупредительный залп из пушек. Как выяснилось позже, это был верный поступок: японцы часто пытались захватить иностранцев в плен. После недолгих остановок у берегов провинции Тоса и на острове Осима, «Св. Петр и Павел» оставляет позади негостеприимные берега Японии и плывет дальше на юг.

7 августа мятежный галиот подходит к острову Формоза (нынешний Тайвань). Здесь, после трехмесячного плавания, заканчивается поход «Св. Петра и Павла» по неизвестной для русских мореходов юго-западной части Тихого океана. Стоянка около Формозы выдалась крайне неудачной. 8 дней судно курсировало вдоль берега, выискивая удобную для швартовки гавань, пока, наконец, с берега не приплыла лодка с лоцманом, который провел галиот в бухту. На следующий день команда моряков во главе с Василием Пановым отправилась на берег за водой. Неожиданно у самого берега на них напали местные жители, и трое человек, в том числе и Панов, погибают от стрел туземцев. В отместку за нападение Беньовский организует карательную акцию, моряки с галиота сжигают хижины на берегу и убивают нескольких подвернувшихся под руку аборигенов.

21 августа «Св. Петр и Павел» поднимает якоря и плывет Тайванским проливом на юго-запад. В проливе на корабль обрушивается сильнейший шторм, бушевавший двое суток. К счастью для команды, 1 сентября на пути им встречается китайская лодка, и китайцы благополучно проводят судно в бухту около города Тасон. Это уже был материковый Китай. Отсюда, наняв для сопровождения лоцмана, галиот приходит в Макао. Здесь, в старой португальской колонии, небольшое суденышко, проделавшее огромный путь из неизвестных окраин далекой страны, вызвало настоящий фурор среди европейских торговцев и моряков. Англичане, португальцы, голландцы наперебой стараются заполучить себе на службу Беньовского, который оказался, наконец, в своей стихии и начал пожинать лавры своего успеха. Он разворачивает бурную деятельность, знакомясь с местным губернатором и директорами торговых компаний, распродает вывезенную с Камчатки пушнину и строит далекоидущие планы на будущее. Команда же «Св. Петра и Павла» оказывается брошенной на произвол судьбы. Не обладая таким энергичным предприимчивым характером, как их предводитель, не зная языков, русские чувствуют себя чужими в этом тропическом крае. Вот как они сами вспоминали об этих днях в письме к русскому резиденту во Франции: «По претерпении столь дальнего и труднейшего вояжа, какова мы не воображали, нам сказали, что близко, а вместо того находились в превеликой опасности, но, приехав в Макао, называвшийся барон в губернаторе усилился, зачал нас бить, офицеров бранить, не велел молиться образам и по нашему креститься, велел называться унграми, — мы все терпели». Пятнадцать человек, в том числе штурман Максим Чурин, умирают от начавшейся лихорадки. Еще больше усугубляя страдания несчастных людей, от них перед смертью требуют отказаться от православия и стать католиками (в то время в Макао запрещали хоронить людей некатолического вероисповедания). Несколько человек за неповиновение капитану были посажены в местную тюрьму. Среди ближайших сподвижников Беньовского происходит раскол. Ипполит Степанов и Адольф Винбланд, видя, что их предводитель занят исключительно своими делами, выступают против него и пишут португальскому наместнику жалобу, в которой просят арестовать Беньовского как пирата и бунтовщика, но их жалоба остается без внимания. Беньовский, видимо, понимая, что на небольшом, потрепанном штормами галиоте не доплыть до Европы, решает продать его португальцам. Как он позднее напишет, судно было продано за 4000 пиастров. Вырученную же за привезенные меха огромную сумму в 25 000 пиастров, он, по его словам, всю потратил на содержание экипажа «Св. Петра и Павла». Как там было на самом деле — неизвестно, Беньовский распоряжался всем единолично и никого к сделкам и переговорам не допускал, так что придется поверить ему на слово.

Другие материалы рубрики


  • Есть люди, читая биографию которых не перестаешь удивляться, сколько всяких невероятных и удивительных событий было в их жизни. Одним из таких людей был сын словацкого дворянина и венгерской графини, борец за свободу и самозваный король, авантюрист и искатель приключений Мориц Август Беньовский (Móric August Beňovský). Он прожил короткую, но такую яркую и насыщенную жизнь, что она своими удивительными приключениями и поворотами судьбы напоминает жизнь литературных героев романов Александра Дюма и Фенимора Купера. Всего за сорок лет, отмерянных для него судьбой, ему довелось столько всего сделать, увидеть и пережить, что этого с лихвой хватило бы на двадцать других жизней. Хорошее представление об этом человеке дает характеристика генерал-прокурора Сената князя Вяземского, которую тот дал Беньовскому после его отправки на Камчатку: «Беньовского во время заарестования в Петербурге сам я видел человеком, которому жить или умереть все едино».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Личность императора-иконоборца Льва III всегда вызывала живой интерес — и при этом всегда освещалась тенденциозно. С одной стороны, православные писатели по понятным причинам любили изображать его кровожадным чудовищем. С другой стороны, многие историки относятся ко Льву Исавру с сочувствием и среди многочисленных сведений, предоставленных православными писателями, стараются выбирать такие, которые рисуют его наиболее симпатичным. Получается двойное искажение, и неизвестно, всегда ли второму удается компенсировать первое. Свидетельства же его сторонников и современников до нас практически не дошли. Но как бы мы ни относились к деятельности этого императора, биография у него интересная и насыщенная красочными событиями.
    Лев III происходил из небогатой и незнатной семьи. Его эпитет Исавр, давший название основанной им династии, происходит от названия народа, к которому он принадлежал. Исаврийские племена занимали восточные районы полуострова Малая Азия. Заселенные ими территории граничили с землями, подвластными арабам. Исходя из этого строят предположения, что Лев Исавр еще в юности хорошо владел арабским языком, а также испытывал на себе влияние мусульманских идей. Впервые будущий император выдвинулся в правление Юстиниана II, или вернее, в период его борьбы за отеческий престол с другими претендентами. Выказав себя верным сторонником Юстиниана, Лев возвысился, когда его покровитель вернулся в Константинополь.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Дэвид Ллойд Джордж был первым и пока единственным премьер-министром Великобритании — валлийцем по происхождению. Будущий граф Двайфор родился 17 января 1863 г. в Манчестере, где его отец Уильям Джордж работал школьным учителем. В марте 1963 г. слабое здоровье вынудило мистера Джорджа оставить городскую жизнь, вернуться в родную деревню и заняться работой на ферме. Увы, это не помогло, год спустя он умер от пневмонии, а его вдова Элизабет Джордж вместе с тремя детьми — Мэри, Дэвидом и Уильямом — нашла приют у своего брата Ричарда Ллойда, который держал небольшую сапожную мастерскую в деревушке Лланистадви близ городка Криччита (графство Карнарвон, Северный Уэльс). Дядя с материнской стороны заменил Дэвиду отца, и мальчик принял решение носить его фамилию наряду с отцовской.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В Петербурге Василий Васильевич пробыл не долго. Решив свои дела, повстречался со Стасовым, тоже обратившим внимание на разительные перемены в поведении старого друга. «Он оставался у меня от 3 до 11 вечера, — сообщает Владимир Васильевич своей племяннице В.Д. Комаровой. — Был мил, умнее, любезен, все что угодно, но… прежнего Верещагина уже нет. Прежняя сила, гордость, взбалмошность, непреклонность — пропали. В сто раз мягче стал, многое стал спускать, стушевывать, прощать… Характер прежний и физиономия — сбавились!!!». А перед самым отъездом на Филиппины Верещагин молит Стасова принять на себя роль душеприказчика: «…прошу Вас позаботиться о том, чтобы в случае если умру, утону, буду застрелен и т.п., в возможно скором времени после моей смерти была устроена в Обществе поощрения художеств аукционная продажа моих картин и выручена возможно большая сумма денег моим «детишкам на молочишко». И это пишет человек незаурядной смелости, воли и твердости характера!

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Желание узнать внутренний мир Василия Верещагина возникло после того, как я впервые увидел в Севастопольском Художественном музее его великолепный этюд «Японка». После крови, страданий и боли военных полотен, принесших живописцу оглушительную славу, миниатюрная женщина в цветистом кимоно, возле скромных хризантем, казалась воплощением мира и покоя. Не верилось, что эту солнечную вещь создал человек, поставивший цель красками и кистью обнажить жестокую изнанку войн и своими картинами вызвать у людей отчаянный протест изуверскому способу разрешения конфликтов.
    Внимательно знакомясь с литературным творчеством художника, письмами и документами, воспоминаниями современников и историографией, я утверждался в той мысли, что огромный эпистолярный материал, накопившийся более чем за столетие со дня его трагической гибели, так и не раскрывает суть этой неистовой и сложной натуры. Тогда я рискнул, не претендуя на всесторонний и глубокий охват, создать небольшой цикл очерков о некоторых малоизвестных страницах жизни Василия Васильевича Верещагина. И начать решил с истории появления на свет этюдов военных кладбищ, написанных весной 1896 года в Севастополе, поскольку уже сам этот факт открывает нам нового Верещагина...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Ее жизнь — одна из самых ярких и самых трагических страниц английской истории. До наших дней не дошел ни один ее достоверный прижизненный портрет. Все портреты, на которых якобы была изображена леди Джейн, либо написаны через много лет после ее смерти, либо изображают совсем других женщин. Почти во всех учебниках об этой королеве либо не упоминается вообще, либо посвящено всего пару строчек. Такое ощущение, что кто-то специально вычеркнул ее со страниц истории. Уничтожил все документы и изображения. Попытался стереть из памяти людской. Но тем не менее о маленькой королеве помнят, пишут стихи и книги, снимают кинофильмы. На ее могиле, как и на могилах казненных жен Генриха VIII Анны Болейн и Кэтрин Говард, постоянно лежат свежие цветы.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Про принадлежность М. Грушевского к масонским «ветеранам» свидетельствует и тот факт, что именно он, вместе с Ф. Штейнгелем, представлял киевские ложи на всероссийском масонском конвенте летом 1912 г. в Москве. Наличие в России 14...15 масонских лож давало основание для создания собственной организации, наряду с другими Великими Собраниями. Участник этого тайного собрания А. Гальперн позже свидетельствовал, что между российскими и украинскими ложами разгорелась острая дискуссия по поводу названия организации. Преимущественное большинство Конвента отстаивало название «Великое Собрание России», Грушевский же требовал, чтобы слово "Россия" ни в каком случае в названии не фигурировало. В конце концов было одобрено компромиссное название «Великое Собрание народов России». Следует отметить, что Ф. Штейнгель в этой дискуссии поддерживал российскую сторону. Поэтому не случайно он был избран в верховный совет российской масонской организации.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Последние годы жизни Василия Васильевича Верещагина отмечены отчаянной и безуспешной попыткой добиться у официальных властей гарантий на продолжение «наполеоновской» серии картин; поездкой в экзотическую Японию, открывшую для миллионов почитателей новую, неожиданную грань его художественного таланта; очередным разочарованием в способности высших военных российских чинов грамотно и достойно вести войну. И, наконец, трагической гибелью на ходовом мостике броненосца
    «Петропавловск»...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Изменил Павел и административно-территориальное деление страны, принципы управления окраинами империи. Так, 50 губерний были преобразованы в 41 губернию и Область Войска Донского. Прибалтийским губерниям, Украине и некоторым другим окраинным территориям были возвращены традиционные органы управления. Все эти преобразования очевидно противоречивы: с одной стороны, они увеличивают центра-лизацию власти в руках царя, ликвидируют элементы самоуправления, с другой — обнаруживают возврат к разнообразию форм управления на национальных окраинах. Это противоречие происходило прежде всего от слабости нового режима, боязни не удержать в руках всю страну, а также от стремления завоевать популярность в районах, где была угроза вспышек национально-освободительного движения. Ну и, конечно, прояв-лялось желание переделать все по-новому. Показательно, что содержание судебной реформы Павла и ликвидация органов сословного самоуправления означали для России, по сути, шаг назад. Эта реформа коснулась не только городского населения, но и дворянства.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5